30dff957

Мурзин Геннадий - Волки Покидают Логово



   Геннадий МУРЗИН
  
  ВОЛКИ ПОКИДАЮТ ЛОГОВО
Аннотация:
Их отдых на берегу Черного моря был прерван: на работе ЧП. Их отзывают. Их включают в только что созданную оперативно-следственную бригаду. Им и их товарищам предстоит ответит на вопросы: а) кто убил полковника милиции; б) мотив злодейского преступления?

На то и вопросы, чтобы искать на них ответы. И ответы будут найдены. Ответы самые неожиданные
  ЕКАТЕРИНБУРГ, 2003.
  ГЛАВА 1
  
ПОЛДЕНЬ1. Южное солнце палит нещадно. Так и кажется, что его лучи прожигают тело насквозь. На небе - ни облачка.

И только там, на самом дальнем горизонте появились туманные, еще неясные полоски, похожие на гусиные перышки.
  
  Из пучины морской появились трое - Чайковский, Фомин и Орлова. Прошлепали несколько метров и плюхнулись на золотую россыпь пляжного песка. Минут с пять так и лежали, не произнеся ни слова.
  
  Первой, что вполне логично, нарушила тишину женщина.
  
  - Нет, мужики, - с откровенными нотками восторга заметила Орлова, - как все-таки прелестно отдыхать на берегу Черного моря!
  
  - А как же! - не поднимая головы от песка, откликнулся со своего места Фомин. - Не в России же загораем, а в зарубежье, пусть даже если оно и ближнее.
  
  Орлова не стала обращать внимания на язвительный подтекст в реплике коллеги и продолжала восхищаться:
  
  - Какое солнце! Какой здесь воздух! Какой песок! Просто чудо!
  
  - Госпожа Орлова, вы не правы, - с суровым притворством в голосе возразил Чайковский. - Чудо вовсе не в воздухе и даже не в солнце, а в том, что наш генерал сжалился над тремя рабскими душами и одарил своей милостью - недельным отдыхом в Крыму.
  
  - Виновата, господин полковник, исправлюсь! - вскочив и вытянувшись в струнку, отрапортовала Орлова.
  
  А сквозь все еще влажный купальник озорно и даже можно сказать несколько нахально выпирали (как у семнадцатилетней) две небольшие, но замечательные грудки.
  
  - Капитан Орлова, умерьте пыл, - довольно меланхолично бросил Фомин. - Извольте не соблазнять начальство своими торчащими прелестями. Чайковский у нас по этой части слаб и может не устоять.
  
  - Сказал же! - вновь укладываясь на песок, возразила Орлова. - В полковниках уже ходит, начальником следственного управления УВД области стал, а все женихается; ни одна баба не может его захомутать и окольцевать. Не мужик, а кремень.
  
  - А все потому, что с пеленок в тебя, дорогуша, влюблен...
  
  - За столько лет и я даже не заметила?
  
  - Ты кроме своего семейного ангела-хранителя, муженька родненького, никого вокруг не замечаешь. Он же особы, достойной тебя, не встретил. Умру, говорит, а своему идеалу останусь верен.

Мне, говорит, уготована вторая жизнь. А там, - Томин устремил свой перст указующий в небеса, - он и намерен соединиться с тобой.
  
  Чайковский слушал эту трепотню и никак не реагировал. Он лежал, закрыв глаза, и только руки были в ходу: брал в пригоршни песок и тонкой струйкой сыпал его на голый живот. Но вот последние слова его заставили встрепенуться.
  
  - Это когда я тебе обо всем этом говорил, а?
  - Когда? - все также меланхолично переспросил Фомин. Не дождавшись реакции, сам же ответил. - Давненько уже... Я и не помню...
  
  Еще что-то в том же духе хотел сказать Фомин. Но в этот момент над ними появился вертолет. Сделав круг, приземлился невдалеке от пляжа, метрах в пятидесяти.
  
  Зоркий глаз Фомина сразу определил:
  
   - Решили понежиться на солнце?
  
  - Вряд ли, - Чайковский слегка приподнялся и



Назад