30dff957

Мурзин Геннадий - Деликатное Дельце



МУРЗИН ГЕННАДИЙ
ДЕЛИКАТНОЕ ДЕЛЬЦЕ
  
  
  
  
  ЧАСТЬ 1
  
  
  БЕЙБУЛАТ РУСТАМОВИЧ ИССИМБАЕВ, первый секретарь Алма-Атинского обкома компартии Казахстана, два часа назад прилетел рейсом Аэрофлота Алма-Ата - Свердловск. Прямо на летном поле, у трапа его встретили второй секретарь Свердловского обкома КПСС Минеев, за-ведующий отделом строительства, транспорта и промстройматериалов обкома КПСС Ельцов и па-рочка клерков-инструкторов обкома.

Были сердечные улыбки, рукопожатия, похлопывания по пле-чу друг друга. Иссимбаев и Минеев - давние друзья, со студенческой скамьи. Почти двадцать лет назад они оба закончили строительный факультет Уральского политехнического института.

И по той, давней студенческой традиции они были по-прежнему на "ты". И Минеев называл друга просто - Булатик, тот же, в свою очередь, Минеева - Сашок.
  Был здесь и еще один выпускник строительного факультета УПИ - Ельцов, однако он не был лично знаком с Иссимбаевым, поскольку заканчивал на пару лет позднее.
  Все время, пока старые друзья обменивались первыми новостями, Ельцов и инструкторы в одинаково строгих темно-серых костюмах, белых рубашках, темных в светлую полоску галстуках стояли молча, поодаль, ожидая указаний от начальства.
  Начальство же их не замечало.
  - Гляди, какой ты, Булатик, а? - спрашивал Минеев друга, широко улыбаясь и похлопывая того по плечу. - Ничуть не изменился, ни на грамм. Все такой же красавец-мужчина! Богатырь! Джи-гит! Кровь с молоком!

И как тебе удается? Один кумыс употребляешь, а?
  - Сашок, не будем! Ты тоже выглядишь молодцом, настоящим молодцом!
  - Ты, как всегда, преувеличиваешь, - проявляя хозяйскую скромность, ответил Минеев и пе-ревел разговор на другую тему. - Как жена? Дети? Родители?
  - Полгода назад отца схоронил, - сделав грустное лицо, ответил Иссимбаев. - Мамаша при-болела, все на головные боли жалуется. С женой и детьми все отлично. Старший сын нынче в уни-верситет поступает...

Да, Сашок, ты не поспособствуешь, не поможешь устроить его в ваш универси-тет? В свой, Алма-Атинский не хочет. Утверждает, что не так престижно. Утверждает, что ваш кон-курирует аж с московским.

И откуда только он все это черпает - ума не приложу.
  - О чем речь, Булатик?! Помогу, обязательно помогу. Ты не забивай голову подобными пус-тяками.
  - Спасибо тебе. Ты настоящий друг.
  Подъехала черная, сверкающая лаком, "Волга". Один из инструкторов подскочил к задней дверце и предупредительно открыл ее, как бы приглашая обоих в салон.
  - Поехали, Булатик, в гостиницу. Устал, наверное, с дороги. Отдохнешь, примешь душ, по-обедаешь.

А завтра и о программе твоего пребывания поговорим, идет?
  - Ты прав, Сашок. Утомился я. А что за гостиница? "Свердловск"?
   - Что ты, побойся Бога, дружище! Тебя и в такой клоповник!?
  - С каких это пор лучшая гостиница вашего города стала "клоповником"?
  - Сейчас у нас есть и кое-что получше - гостиница "Октябрьская". Все номера - "люкс": трех-комнатные, отдельно ванная и душ, кондиционеры, питание - прямо в номер, в строго назначенное время, индивидуальное меню. Белье меняется по первому требованию проживающего.

Не гостиница, а отель европейского, пятизвездночного уровня. Думаю, будешь доволен.
  Они сели на заднее сиденье. Инструктор обкома под два метра ростом и косая сажень в пле-чах устроился впереди, рядом с водителем.
  Крутой вираж - и машина рванула с места.
  В гостинице его уже явно ждали. И номер приготовили. Иссимбаев сразу же ушел в туалет-ную комнату и там, в душевой плескал



Назад